Светлана простила его. Она, вдруг, увидела в этом особый знак свыше. Ведь они в один день испытали страшную, нечеловеческую боль, оба истекали кровью за осознанно погубленную, ещё не рождённую, жизнь…
Прошло какое-то время, и они стали жить вместе. Любовь Светланы, самая чистая и преданная, модифицировалась теперь в чувство жалости, смешанное с подозрительностью и недовольством, одновременно. А он так и жил своей мечтой о мотоболе, мотоцикле, скоростях, виражах, поглядывая с тоской и ненавистью на свои «обрубки».
Отец Светланы, используя все свои связи и очень важный в то время партийный блат, помог ему вскоре получить заграничные биопротезы. Изготовленные из новых синтетических материалов, с вживлённой механикой, они сразу же стали его новыми руками. А кожаные перчатки мотоболиста отлично скрывали все дефекты и давали ощущение полёта, когда он снова оседлал своего железного коня.
Вернувшись к тренировкам, он навёрстывал упущенное время с друзьями, принимал поздравления с победой над судьбой, не отказывался от спиртного и весёлых вечеринок до утра с глупенькими, но такими очаровательными девочками, фанатками мотоциклов и мотоболистов. Жизнь давала ему ещё один шанс, и он не собирался его упускать!
Знал бы дядя Юра, к чему это всё приведёт, разве стал бы он тогда оплачивать эти дорогие немецкие протезы. Наверное, стал бы… ради Светланы.
Раиса в то время уже заканчивала педучилище, знакомилась с парнями, иногда пела в художественной самодеятельности. Она была такой же весёлой и приветливой, всегда в хорошем расположении духа, да и красотка была, какая!
Конечно, не удивительно, что она очень нравилась многим симпатичным ребятам, но ещё больше плохим парням, которые желали, просто жаждали этой красоты и доброты испить, иногда, выпить до дна, просто иссушить…
Получив направление на работу, в детское дошкольное учреждения, она зашла в районную поликлинику для оформления санитарной книжки. Там и случилась эта роковая встреча с ним, дамским угодником, женским доктором, любителем острых ощущений, ценителем женской красоты, губителем слабых девичьих душ и сердец.
История старшей сестры повторилась, вернее, та её часть, когда полностью опустошённая изнутри и с большим грузом беременности уже на поздних сроках, она сидела перед заметно постаревшим отцом и, глядя ему прямо в глаза, спрашивала: «Папа, почему всё так? Папа, помоги…»
Он не понимал, почему его любимые девочки, такие умные и красивые, попадали в лапы совсем не тем мужчинам. Почему они были так несчастны в личной жизни? Что же он делал не так? Он был слишком добрым и порядочным, наверное. Вот они и думали, что других мужчин на свете не бывает. Но на этот раз он возьмёт "за шкирку" проходимца! Он призовёт его к ответственности прямо сейчас…
Острая боль под лопаткой отдавалась в левую руку... Скорая увозила его с инфарктом, оставив Раису одну в пустой комнате, с такой же опустошённой душой и разбитым сердцем.
Мать никогда не могла помочь своим советом сёстрам, она была не женой и матерью, а скорее, третьей дочерью и средней сестрой… Она паниковала, начинала кричать и биться в истерике. Раиса совсем не ждала от неё помощи.
Раиса сама приняла решение - рожать ребёнка. Когда она сообщила об этом "своему" доктору, тот, обеспокоенный некоторым резким поворотом событий и тем, что отец Раисы в больнице, сказал, что надо ещё немного подождать с ребёнком. Он женится на ней сразу же, как только разведётся со своей предыдущей, и тогда у них обязательно будет счастливая семейная жизнь.
Он был тогда так любезен, мягок и убедителен, что Раиса сдалась без боя. Искусственные роды, которые он сам же и организовал, забрали у неё последние душевные и физические силы. Через какое-то время он, испугавшись каких-то действий отца Раисы, сдержал всё-таки данное им слово, и они расписались.
За короткой период, почти один за другим, родились два их сына, а потом и дочка. Но всё это время Раису не покидало какое-то ощущение временности, зыбкости и непрочности их семьи. И трое детей так и не стали гарантом стабильности и счастья в ней.
Отец Раисы вскоре умер, а с его смертью ещё больше отдалились от неё мать и сестра. Материальное благосостояние, которое всегда отец как-то почти незаметно поддерживал для всех, рассеялось, развеялось и осталось только в её детских воспоминаниях.
Раиса с тремя детьми на руках мужественно сражалась за правду жизни, с этой самой долбанной жизнью, с гулящим бугаём мужем, с инфантильной матерью и нерадивой, безвольной, полностью опустившей руки к тому времени, сестрой.
Она не сломалась, не стала пить, а стала петь теперь ещё громче, чтобы не слушать очередной бред своего доктора «ниже пояса», как она его теперь частенько называла.
Откуда в этой хрупкой статуэтке, в этой милой красотке, взялись такие сверх жизненные силы, для постоянной и непримиримой борьбы с самой этой жизнью? Она, наконец, ушла от мужа, взяв с собой только своих детей. Они долго жили на съёмных квартирах до тех самых пор, пока она сама смогла заработать деньги и купить свой, пусть небольшой, домик.
И вот теперь, когда дети уже подросли, повзрослели, стали искать своё место в жизни, она столкнулась с новым испытанием судьбы…
Прочитано 12362 раза. Голосов 0. Средняя оценка: 0
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : Два чоловіки (Two Husbands) - Калінін Микола Це переклад з Роберта У. Сервіса (Robert W. Service)
Unpenitent, I grieve to state,
Two good men stood by heaven's gate,
Saint Peter coming to await.
The stopped the Keeper of the Keys,
Saying: "What suppliants are these,
Who wait me not on bended knees?
"To get my heavenly Okay
A man should have been used to pray,
Or suffered in some grievous way."
"Oh I have suffered," cried the first.
"Of wives I had the wicked worst,
Who made my life a plague accurst.
"Such martyrdom no tongue can tell;
In mercy's name it is not well
To doom me to another hell."
Saint Peter said: "I comprehend;
But tribulations have their end.
The gate is open, - go my friend."
Then said the second: "What of me?
More I deserve to pass than he,
For I've been wedded twice, you see."
Saint Peter looked at him a while,
And then he answered with a smile:
"Your application I will file.
"Yet twice in double yoke you've driven...
Though sinners with our Saints we leaven,
We don't take IMBECILES in heaven."
